Уважительное отношение к суду рассматривается в статье как с юридической точки зрения, через узкую категорию «неуважения к суду», имеющую уголовно-правовой характер, так и с точки зрения этических норм и правил, предполагающих уважительные отношения в самом судейском сообществе, а также между судом и участниками судебного процесса и судом и гражданским обществом, в частности, средствами массовой информации. Автор затрагивает проблему скандализации правосудия как способа влияния на суд, умаления авторитета судебной власти посредством манипулирования общественным мнением. Взаимные усилия всех участников процесса, по убеждению автора, будут способствовать становлению уважения к суду как правовой категории и реформе судебной системы в целом.
Ключевые слова: уважение к суду, независимость, эффективность, скандализация правосудия, средства массовой информации, судейская этика
Конструктивный диалог о реалиях и перспективах судебной власти, который удалось выстроить в последнее время, способствует укреплению доверия гражданского общества к суду, более широкому пониманию смысла и содержания современной судебной реформы.
Категория «уважение к суду», к сожалению, мало исследована учеными и редко обсуждается практиками. Однако внимательное изучение различных проявлений этого института позволяет прийти к выводу, что именно он оказывает существенное влияние и на независимость судей, и на эффективность правосудия.
Философская категория уважительности тесно связана с категорией независимости. Любая форма уважения — к личности, организации или институту — начинается с признания статуса его предмета как самостоятельного и независимого субъекта. В связи с этим уважение к суду выступает важнейшим условием его независимости: лицо, уважающее суд, будет воздерживаться от оказания на него противоправного давления, в том числе через манипулирование общественным мнением. Независимость суда — это фундаментальный принцип, закрепленный в Конституции Российской Федерации1, а уважение к суду — это конкретная модель поведения, предписанная законом и воплощающая этот принцип.
В демократических сообществах верховенство права является абсолютной ценностью. Об этом на доктринальном уровне заявляют нормы многих конституций, включая нашу, но обеспечивается это верховенство только усилиями судебной власти. Только она способна принуждать любого к его соблюдению. Судебная власть сможет делать это без оглядки, только когда будет самостоятельной и независимой.
Признание авторитета судебной власти со стороны третьих лиц как социального и правового института исключительной компетенции в сфере права и есть уважение к суду.
Для удобства анализа этой категории права в ней можно выделить психолого-социологическую и юридическую составляющие.
С психолого-социологической точки зрения существует три фактора, определяющих уровень доверия к судебной власти и, как следствие, формирующих уважение к суду как к правовому институту. Первым и, безусловно, самым важным является справедливость судебных постановлений, предполагающая, что все равны перед законом, а вынесенное по делу решение честное и справедливое. Второй фактор связан с осуществлением правосудия и уверенностью участников судебного процесса в том, что они были услышаны, у них была возможность представить свое видение происходившего, судья и аппарат суда относились к ним с уважением, процесс был беспристрастным и справедливым, а судья заслуживает доверия и независим в принятии решения от внешних факторов. Последнее относится скорее к эффективности правосудия, которая подразумевает, что судебный процесс не затягивается, волокита не допускается, а судебное решение эффективно исполняется.
Доверие к судебной системе и судам является результатом слаженного взаимодействия между судами и судьями, а также следствием исторических, культурных и социальных особенностей. Огромную роль в его формировании в стране играют средства массовой информации. Суды могут благоприятно повлиять на то, как судебная система воспринимается обществом, своевременно давая понятную информацию о характере судебного разбирательства, об этапах процедуры, о последствиях судебных решений и возможности примирительных процедур.
Уважение к суду — это скорее форма права, ее внешнее проявление. Как бы мы ни относились к суду или судебному акту, обязанность уважения предполагает такое поведение лица, которое исключает злоупотребление правом, вмешательство в судебный процесс путем его осложнения. Это так называемые требования процессуальной добросовестности.
1 СЗ РФ. 2014. № 31. Ст. 4398.
С точки зрения юридической категория уважения к суду раскрывается исключительно от противного, т.е. через категорию «неуважение к суду». В современном российском законодательстве она носит уголовно-правовой характер. Ответственность за такое неуважение предусмотрена в ст. 297 Уголовного кодекса Российской Федерации2, однако в этой работе речь идет только об оскорблении суда и участников судебного разбирательства, в то время как институт уважения к суду значительно шире.
Что же такое неуважение к суду?
Это такие публичные действия или опубликованная информация, цель которых — вызвать презрение к судье, смутить его или принизить его авторитет, тем самым повлияв на его решение, вызвав общественную реакцию. Эти действия направлены на подрыв доверия общества к процессу отправления правосудия, особенно если это делают лица, обладающие и содержательным, и формальным социальным признанием (представители исполнительной и законодательной власти).
Кстати, в отличие от представителей законодательной и исполнительной власти судьи не являются субъектами, в отношении которых допустимы расширенные пределы критики. Единственно допустимая ее форма — форма обжалования судебных актов. Это сфера компетенции вышестоящего суда.
Роль общественности важна при отборе судей, но если судья наделен полномочиями, действует презумпция его добросовестности. Если он нарушил закон или нормы судейской этики, то с ним разбирается судейское сообщество, давая оценку его действиям. Мер ответственности для этого предостаточно.
Но даже в этом случае опубликованная информация о действиях судьи в служебное и внеслужебное время должна быть основанной на законе, сдержанной и корректной. Важно понимать, что публичный комментарий о характере отправления правосудия, его критика не должны переходить определенные границы. В этом отношении необходимо иметь в виду важность соблюдения правильного баланса различных интересов вовлеченных сторон, которые включают в себя право общественности на получение информации в вопросах, возникающих в связи с судебными решениями, требования отправления правосудия должным образом, а также профессиональную честь судьи.
Здесь уместно вспомнить британский Акт «Об устроении суда» 1701 года, который гласил, что «судья находится на своем месте, пока ведет себя хорошо».
Уважение к суду — это не дорога с односторонним движением. В общественных отношениях правила этики не могут действовать только для одной из сторон этих отношений, они должны в равной мере распространяться на всех участников. Представить себе социальные взаимодействия, в которых одна из сторон скована жесткими этическими нормами, а другая полностью от них свободна, крайне сложно — подобный формат взаимоотношений породит только хаос и конфликты.
2 СЗ РФ. 1996. № 25. Ст. 2954.
Судейское сообщество связано целым комплексом весьма жестких этических правил и ограничений, закрепленных в Кодексе судейской этики3. Важно, что этот Кодекс принят самим судейским сообществом на Всероссийском съезде судей — тем самым судебная власть проявила способность к самоограничению, осознавая свою ответственность перед гражданским обществом.
Учитывая взаимный характер этических норм, положения Кодекса судейской этики будут эффективны только в том случае, если все лица, вступающие во взаимоотношения с судом, также будут придерживаться определенных этических норм и правил. В этом и проявляется категория уважения к суду.
Таким образом, многоаспектный институт уважения к суду включает в себя по меньшей мере три основных критерия:
1) уважительные отношения в судейском сообществе (между судьями одного суда, между председателем суда и судьями возглавляемого им суда, между председателями разных судов, между вышестоящим и нижестоящим судами);
2) уважительные отношения между судом и участниками процесса;
3) уважительные отношения между судом и гражданским обществом (в том числе средствами массовой информации).
Об уважительных отношениях внутри судейского сообщества упоминал еще К.П. Победоносцев в знаменитом труде «Судебное руководство». Он утверждал, что «судебная власть присвоена всем судебным местам нераздельно, и потому верхний суд в отношениях к суду низшей степени обязан поступать с должным уважением к судебной власти низшего суда…
3 Бюллетень актов по судебной системе. 2013. № 2.
Каждый суд в пределах своего ведомства имеет принадлежащие ему права судебной власти, и потому низший суд не вправе входить в пререкания с высшим судом о правильности своего решения, когда оно отменено высшим судом»4.
Таким образом, важным элементом уважения к суду являются уважительные отношения между судебными инстанциями.
В настоящее время основные этические требования к уважению внутри судейской среды закреплены в пункте 4 ст. 13 Кодекса судейской этики, согласно которому судья должен проявлять сдержанность и корректность при комментировании решений своих коллег. Член судейского сообщества может выражать несогласие с поведением коллег в целях устранения недостатков в сфере судопроизводства, предупреждения и устранения нарушений конституционных и международно-правовых принципов публичности судопроизводства.
Из этого положения следует, что несогласие судьи с судебным актом, принятым его коллегами, может быть озвучено только в судейской среде, причем в сдержанной и корректной форме. Если, например, судья не согласен с отменой его решения вышестоящим судом, он не вправе вести себя недостойно, тем самым скандализируя правосудие (о феномене скандализации правосудия мы поговорим далее).
Еще один актуальный аспект уважения в судейском сообществе — уважение в среде председателей судов. Их поведение должно быть уважительным по отношению и к судьям возглавляемого ими суда, и к председателям других судов, и ко всему судейскому сообществу.
В контексте реализуемой сегодня судебной реформы, создания кассационных и апелляционных судов общей юрисдикции в качестве неуважительного поведения могут быть квалифицированы действия председателя суда, создающего необоснованные препятствия к переходу судей возглавляемого им суда в другие суды. Еще одним примером неуважения может служить ситуация, при которой председатель суда со ссылкой на какие-либо субъективные критерии и неочевидные заслуги противопоставляет себя председателям других судов, а возглавляемый им суд — всей остальной судебной системе.
В законодательстве предусмотрен механизм реагирования на подобные проявления неуважения — это дисциплинарная ответственность. За нарушение положений Кодекса судейской этики, требующих от судьи достойного и сдержанного поведения, к нему может быть применено (в зависимости от тяжести и системности допущенных нарушений) дисциплинарное взыскание вплоть до прекращения полномочий судьи.
Второй упомянутый ранее критерий уважения к суду — это уважение между судом и участниками процесса, которое проявляется прежде всего в соблюдении регламента суда.
Не так давно на площадке Совета судей Российской Федерации развернулась дискуссия о целесообразности утверждения единого регламента судов. Работа в этом направлении продолжается. Эксперты обсуждают допустимость оставления без рассмотрения тех обращений в суд, которые содержат оскорбительные и иные недопустимые выражения.
Отказывать в рассмотрении обращений, содержащих оскорбительные выражения, начали не вчера, а несколько столетий назад, и за это время подобная практика стала позитивной правовой традицией. Запрет подачи таких прошений содержался еще в Судебнике 1550 года. Указом императора Николая I от 3 июля 1826 г. об учреждении канцелярии по принятию прошений, подаваемых на решения судебных департаментов Сената, предусматривалось оставление без движения прошений, которые «писаны беспорядочно или бессмысленно, на клочках бумаги или с неприличными выражениями». Статья 266 Устава гражданского судопроизводства 1864 года разрешала возвращать письменное обращение заявителя в случае, когда «в прошении помещены укорительные выражения».
4 Победоносцев К.П. Судебное руководство. Сборник правил, положений и примеров, извлеченных из теории и практики гражданского судопроизводства с полным указателем к судебным и распорядительным решениям по сему предмету кассационных департаментов Сената. СПб., 1872.
Согласно правовой позиции, высказанной Верховным Судом Российской Федерации в Решении от 10 января 2019 г. № 87-ААД18-35, жалобы, содержащие оскорбительные и иные недопустимые высказывания в адрес судей, унижающие их честь и достоинство, свидетельствуют о злоупотреблении заявителем правом. Исходя из требований общеправового принципа недопустимости злоупотребления правом, жалобы, в которых приведены такие выражения, являются неприемлемыми, поданными с нарушением закона. В прессе высказывалась точка зрения о том, что такая позиция не основана на законе, поскольку в процессуальных кодексах отсутствует термин «злоупотребление правом». Однако с таким мнением согласиться нельзя.
5 Документ опубликован не был. Источник — СПС «КонсультантПлюс».
Одной из обязанностей всех участников судебного процесса является добросовестное использование всех принадлежащих им процессуальных прав. Принцип процессуальной добросовестности закреплен в пункте 1 ст. 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации6, пункте 2 ст. 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации7 и пункте 6 ст. 45 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации8.
Злоупотребление процессуальным правом — это одна из форм нарушения принципа процессуальной добросовестности. Именно поэтому обращения в суд, содержащие нецензурные или другие оскорбительные выражения, считаются поданными с нарушением процессуальных норм и рассмотрению не подлежат.
Назначение судебного разбирательства состоит в защите нарушенных прав и законных интересов граждан и организаций. Лицо, которое вместо защиты своих прав стремится оскорбить других людей, преследует цели, никак не связанные с правосудием.
В вопросах уважения к суду особое значение придается поведению судебных представителей, ведь именно они во многом формируют мнение о судебной системе. Особая роль адвокатов как посредников между судом и гражданским обществом предполагает, что они должны с повышенным вниманием относиться к формулировкам своих публичных комментариев, поддерживать авторитет суда, а не умалять его. В этом контексте актуальна инициатива Верховного Суда Российской Федерации по профессионализации судебного представительства, что должно привести к объединению судебных представителей в единую профессиональную корпорацию, со своими этическими нормами и возможностью принимать меры в случае их нарушения.
На случай проявления неуважения со стороны участников судебного разбирательства законодательство предусматривает дифференцированные меры реагирования — от уголовной ответственности за оскорбление участников процесса, которая упоминалась ранее, до назначения в упрощенном порядке судебного штрафа. Кроме того, участник процесса может быть удален из зала суда после вынесения ему одного предупреждения.
В целях дальнейшей дифференциации ответственности за неуважение к суду, проявленное в судебном заседании, а также для обеспечения широкого доступа к правосудию по инициативе Верховного Суда Российской Федерации приняты законодательные изменения, разрешающие суду, не удаляя нарушителя из зала судебного заседания, ограничить ему время на выступление, а при грубых нарушениях — лишить слова. Это позволит более гибко подходить к случаям нарушения порядка поведения в суде.
6 Российская газета. 20 ноября 2002 г.
7 Российская газета. 27 июля 2002 г.
8 Российская газета. 11 марта 2015 г.
В современных условиях важнейшим аспектом уважения к суду выступают соответствующие отношения между гражданским обществом и судом, и здесь мы вплотную подходим к категории «скандализация правосудия». Появление этой категории связано с тем, что развитие традиционных средств массовой информации, а затем Интернета привело к тому, что манипулирование общественным мнением нередко стало использоваться для давления на суд. При этом часто прибегают не просто к тенденциозным публикациям, а попросту к распространению лживой информации. Еще А.Ф. Кони, исследуя нравственные начала судопроизводства, обращал внимание на то, что «под видом общественного мнения судье указывается иногда лишь на голос общественной страсти, следовать которому в судебном деле всегда опасно и нередко недостойно»9.
Учитывая особый статус судьи, Кодекс судейской этики возлагает на него целый ряд ограничений во взаимодействии со средствами массовой информации, предписывая воздерживаться от любых действий и высказываний, которые могут породить сомнения в объективности и независимости суда. Эти ограничения действуют даже в тех случаях, когда в отношении судьи распространяются не соответствующие действительности, лживые, порочащие сведения. В частности, согласно пункту 5 ст. 13 Кодекса судейской этики, обращение судьи в правоохранительные органы с целью защиты чести и достоинства или в средства массовой информации для публичного ответа на критику целесообразно лишь тогда, когда иные способы реагирования исчерпаны или прибегнуть к ним не представляется возможным.
Таким образом, возможности судьи по защите от порочащих и лживых сведений существенно ограничены. А значит, гражданское общество и средства массовой информации также должны соблюдать хотя бы базовые этические нормы при освещении и обсуждении работы судов.
9 Кони А.Ф. Судебные речи. 4-е изд. СПб., 1905 г.
На это обращал внимание в том числе Европейский Суд по правам человека (далее — ЕСПЧ). В январе 2018 года в качестве темы судейского семинара ЕСПЧ был выбран авторитет судебной власти. По итогам семинара принят установочный документ, в котором указывается, что «суды — гаранты правосудия, их роль является ключевой в государстве, основанном на верховенстве закона, поэтому они должны пользоваться доверием общественности. Соответственно, они должны быть защищены от ничем не обоснованных нападок, особенно с учетом того обстоятельства, что на судьях лежит обязанность проявлять сдержанность, которая мешает им ответить на критику»10.
В Решении ЕСПЧ от 21 марта 2002 г. по делу «Вингертер против Германии» отмечено, что даже ошибки, допущенные в уголовном процессе против гражданина, не оправдывают утверждений о пренебрежении к профессии целой группы специалистов.
9 января 2018 года ЕСПЧ, рассмотрев дело «Месло против Франции», указал, что вмешательство в право на свободу выражения мнения является необходимым в демократическом обществе для защиты репутации третьих лиц, а также для обеспечения авторитета и независимости судебной власти.
В своей деятельности ЕСПЧ руководствуется презумпцией добросовестности государства, которая, по сути, представляет собой презумпцию добросовестности национального суда и означает, что его действия являются законными и обоснованными, пока обратное не доказано в установленном порядке.
10 Авторитет судебной власти. Судебный семинар 2018 года. Установочный документ // Прецеденты ЕСПЧ. 2018. № 2
В целом ряде правопорядков предусмотрена ответственность за так называемую скандализацию правосудия, под которой понимается манипулирование общественным мнением для оказания давления на суд или умаления авторитета судебной власти. Например, в англосаксонской правовой системе под такой скандализацией понимается «любое действие или опубликованная информация, рассчитанные на то, чтобы поставить судью в состояние презрения или чтобы принизить его авторитет, повлиять на его решение, особенно если осуществляется беспорядочная и необоснованная критика, подрывающая доверие общественности к процессу отправления правосудия»11.
11 R v. Gray, 1900; The King v. Dunbabin, Ex parte Williams (1935) 53 CLR 434 at 442.
Во Франции скандализацию правосудия определяют как «любую попытку публично дискредитировать действие или решение суда своим поведением, словами, документами или изображениями любого рода при обстоятельствах, которые способны подорвать авторитет правосудия или его независимость»12.
Практически во всех развитых правопорядках ответственность за скандализацию правосудия включает лишение свободы и крупный штраф. Например, во Франции предусмотрена санкция в виде лишения свободы на шесть месяцев и штрафа в размере 7,5 тыс. евро, а в Англии — в виде тюремного заключения на срок до одного месяца и штрафа в размере 2,5 тыс. фунтов. При этом весьма характерно, что привлечение к ответственности за скандализацию правосудия осуществляется в упрощенном порядке по инициативе самого суда, т.е. без стандартной процедуры возбуждения уголовного дела правоохранительными органами.
В Российской Федерации ответственность за скандализацию правосудия отсутствует, в результате чего судьи, скованные этическими нормами, оказываются практически беззащитными перед лицом лжи, распространяемой недобросовестными средствами массовой информации.
Однако без уважения к суду невозможно обеспечить подлинную судейскую независимость. Отсутствие адекватного ответа на откровенное давление, оказываемое на правосудие, ведет к крайне негативным последствиям для правопорядка. В связи с этим, очевидно, назрела необходимость поставить на общественное обсуждение вопрос введения ответственности за скандализацию правосудия. Судейское сообщество готово подключиться к этой дискуссии, в том числе в рамках рассматриваемых сегодня законодательных инициатив, связанных с установлением административной ответственности за неуважение к институтам власти.
Подводя итог, необходимо еще раз подчеркнуть, что уважение к суду — это необходимое условие подлинной судейской независимости. Только обеспечив высокий уровень уважения в судейской среде, в судебном процессе и в гражданском обществе, мы сможем достичь целей развития правового государства.
12 Уголовный кодекс Франции (Code penal) от 22 июля 1992 г. Ст. 434-25.