Как, по Вашему мнению, платежно-расчетная система России переносит давление западных санкций?

Любые экономические санкции всегда создают большие сложности для деятельности тех лиц, против которых они направлены. Однако воздействие экономических санкций на финансовую систему государства, и в частности на банковскую систему, имеет особенности, связанные с особенностями самой банковской деятельности. Банк, как известно, является профессиональным финансовым посредником на рынке капиталов. Однако экономические санкции недружественных стран вводились в отношении разных секторов экономики, а не только против банков. Поэтому, если клиент банка и сам банк попали под разные экономические санкции, банк все равно оказывается под двойным ударом, например, если клиент, попавший под санкции, является заемщиком банка. Трудности клиента становятся трудностями банка, помимо своих собственных.

Несмотря на колоссальное экономическое давление на российские банки и указанные особенности банковской деятельности, полагаю, что банковская система очень достойно справляется с возникшими проблемами, о чем свидетельствуют основные показатели состояния денежного рынка. Например, по данным Росстата, инфляция в России в 2022 г. составила 11,9%¹, что меньше, чем ожидало Правительство РФ осенью. В феврале 2023 г. уровень инфляции в России составил 10,97% (в годовом исчислении за последние 12 месяцев), что на 0,78 меньше, чем месяцем ранее².

Благодаря грамотным действиям Банка России, курс рубля в 2022 г. оставался на историческом минимуме. Так, в марте 2022 г. курс доллара составил 104,081 рубля за 1 доллар, но быстро снизился в результате антиинфляционных мер Банка России и в ноябре составил только 60,8781 рубля за 1 доллар³.

Платежная система является частью финансовой системы государства, которая тоже испытала воздействие экономического давления недружественных стран. Основной удар экономических санкций был направлен именно против ее платежной инфраструктуры, когда российские банки были отключены от SWIFT. Однако последствия такого удара были во многом сглажены грамотными действиями Банка России, который заблаговременно принял необходимые меры. Мегарегулятором была создана система передачи финансовых сообщений (СПФС) Банка России – российская межбанковская система передачи финансовой информации и совершения платежей, которая функционирует на базе информационно-телекоммуникационной системы мегарегулятора. Причиной создания СПФС стала высокая вероятность отключения России от SWIFT, которая долгое время являлась монополистом в системе международных расчетов⁴. Поэтому СПФС был создан и сейчас функционирует на основании ст. 46.1 Закона о Банке России и указания Банка России от 20 сентября 2019 г. № 5263-У «О порядке оказания Банком России услуг по передаче электронных сообщений по финансовым операциям российским юридическим лицам»⁵.

Благодаря деятельности этой системы, банковские карты международных платежных систем, выпущенные российскими банками, успешно функционируют на территории Российской Федерации до настоящего времени. Была создана и функционирует платежная система МИР, карты которой могут использоваться для осуществления расчетов как на территории Российской Федерации, так и на территории некоторых дружественных стран.

Банк России постоянно развивает и укрепляет национальную платежную систему, совершенствует ее инфраструктуру. Например, с 2018 г. в рамках платежной системы Банка России создан и функционирует сервис быстрых платежей, который дает возможность совершать безналичные расчеты в режиме реального времени 24/7.

Таким образом, обоснован вывод, что наша банковская система и наша платежная система достойно выдержали удар экономических санкций недружественных стран, которые даже послужили стимулом для дальнейшего развития этих систем.

На какие новеллы законодательства, регулирующие расчетные правоотношения в 2022 и наступившем 2023 г., Вы бы хотели обратить внимание читателей?

Правовое регулирование безналичных расчетов в настоящее время активно развивается за счет издания нормативных правовых актов, регулирующих процесс внедрения новых финансовых технологий в традиционный механизм осуществления безналичных расчетов. Например, за счет совершенствования ранее созданного (начало функционирования – январь 2018 г.) сервиса быстрых платежей (СБП), обеспечивающих связь клиента с банком в режиме реального времени и круглосуточную доступность процедуры инициации платежей, а также мгновенность исполнения распоряжений на перевод средств. Важным достоинством СБП и аналогичных ему сервисов является незначительность тех усилий, которые могут потребоваться от инициатора платежа для того, чтобы совершить платеж. Ушел в прошлое такой неизбежный спутник безналичных расчетов, как необходимость заполнения в расчетных документах многочисленных платежных реквизитов, сложных для неподготовленного человека. Чтобы совершить платеж, зачастую достаточно просто нажать «кнопку СБП» на экране смартфона, либо скачать QR-код и подтвердить платеж, либо приложить свой смартфон к соответствующему терминалу. Нередко оплата услуг может происходить при внешне неразличимом участии инициатора платежа, когда может показаться, что полученная человеком услуга оплачивается «сама по себе», то есть без команды. Разумеется, это не так, поскольку плательщик заранее подключил свой банк для совершения определенных платежей или привязал карту к соответствующему сервисному приложению. Тем самым обеспечивается «бесшовность» полученной плательщиком услуги и ее оплаты, иными словами, оплата услуги является как бы продолжением этой услуги.

Для правового регулирования указанных изменений далеко не всегда требуется издание новых нормативных правовых актов. Гораздо чаще наш законодатель практикует внесение изменений в изданные ранее нормативные правовые акты в сфере безналичных расчетов. Наибольший интерес в этой связи могут вызвать изменения в Федеральный закон от 27 июня 2011 г. № 161-ФЗ «О национальной платежной системе» в части норм о деятельности поставщиков платежных приложений и электронных платформ.

С учетом того, что СБП – это сервис, который организован в платежной системе Банка России, интерес могут представлять изменения, которые были внесены в Положение Банка России от 24 сентября 2020 г. № 732-П «О платежной системе Банка России». Речь идет, прежде всего, об изменениях в части сервиса быстрых платежей и распространения новых финансовых технологий в сфере расчетов не только на физических лиц, но и на индивидуальных предпринимателей и юридических лиц.

Несмотря за временные рамки, обозначенные в вопросе, необходимо помнить, что правовую основу всех современных расчетов составляют два нормативных акта, изданных еще в 2021 г. Речь идет о Положении Банка России от 29 июня 2021 г. № 762-П «О правилах осуществления перевода денежных средств» и об Инструкции Банка России от 30 июня 2021 г. № 204-И «Об открытии, ведении и закрытии банковских счетов и счетов по вкладам (депозитам)».

Разумеется, названные мною нормативные правовые акты и изменения в них составляют очень незначительный объем правового материала по сравнению с теми новеллами, появления которых можно было бы ожидать в связи с масштабной научно-технической революцией в сфере безналичных расчетов, которая происходит на наших глазах.

Можно назвать две причины сложившегося положения.

Во-первых, переход безналичных расчетов в цифровую среду породил еще один источник правового регулирования общественных отношений в сфере расчетов, которого раньше мы не знали – компьютерный код. С учетом того, что любое платежное приложение представляет собой компьютерную программу, именно она во многом регулирует порядок инициации и исполнения распоряжения о переводе денежных средств наряду с существующими нормами права. Поэтому некоторый недостаток правового регулирования общественных отношений в сфере расчетов восполняется за счет регулирующего воздействия компьютерных программ.

Во-вторых, несмотря на переход безналичных расчетов в цифровую среду практически не претерпели изменения общественные отношения между субъектами безналичных расчетов (плательщиками, получателями средств, обслуживающими банками), не изменилась система договорных связей между ними, а также не изменилась правовая природа этих отношений. В конечном счете телекоммуникационные системы связи – это только способ передачи и фиксации информации о платежах и волеизъявлениях субъектов расчетов. Поэтому ранее изданные нормы права, в том числе гражданского права, оказались востребованными и для регулирования расчетных отношений в цифровой среде.

Вместе с тем недостаток правового регулирования безналичных расчетов в цифровой среде очевиден. Вероятно, в будущем законодатель предпримет более масштабные изменения, например, в связи с внедрением платформы цифрового рубля.

Каковы предпосылки введения в гражданский оборот и какова концепция цифрового рубля?

Основная предпосылка для внедрения цифрового рубля – это научно-техническая революция, широкое проникновение финансовых технологий во все сферы нашей жизни. Банковские расчеты всегда легче и быстрее вбирали в себя любые технические инновации, чем, например, кредитование. Этому способствовало сразу несколько факторов.

Во-первых, увеличение количества безналичных платежей в день за счет сокращения наличного оборота денег требовало увеличения мощностей банков, что невозможно без интенсификации платежного оборота и снижения издержек. Чтобы повысить скорость платежных операций, банки стали внедрять передовые финансовые технологии в свою деятельность. Кроме того, потребовалась масштабная модернизация платежной инфраструктуры.

Во-вторых, внедрению финансовых технологий в область безналичных расчетов способствовало изменение клиентского поведения и клиентского опыта. Мы все хотим рассчитываться быстро, эффективно, затратив минимум усилий, без заполнения расчетных документов, а еще лучше – практически незаметно для себя, нажав на знаменитую и широко рекламируемую «Кнопку СБП», либо вообще автоматически – как в такси. Кроме того, внедрению финтеха в область безналичных расчетов способствовало практически повсеместное распространение мобильных телефонов, которые были превращены банками в электронное средство платежа. Странно было бы не воспользоваться этим. Как известно, распоряжение цифровыми рублями должно осуществляться через соответствующее платежное приложение, установленное пользователем на свои мобильные телефоны.

Платформа цифрового рубля – это один из нескольких возможных вариантов платежной инфраструктуры, которая основана на передовых финансовых технологиях и способна предоставить дополнительные преимущества как государству, так и клиентам банков.

Однако, как и другие важные экономические реформы, внедрение цифрового рубля осуществляется в Российской Федерации «сверху», т.е. путем издания соответствующего федерального закона или решения компетентного государственного органа. Поэтому другой предпосылкой внедрения в Российской Федерации цифрового рубля является решение Банка России в рамках проводимой им денежно-кредитной политики. Например, в приложении № 7 «Влияние введения цифрового рубля на денежно-кредитную политику» к Основным направлениям единой государственной денежно-кредитной политики на 2023 г. и период 2024–2025 гг., одобренным Советом директоров Банка России 1 ноября 2022 г., указано, что введение цифрового рубля способно обеспечить ряд преимуществ как для потребителей, так и для государства.

В числе указанных преимуществ ЦБ РФ указал на повышение доступности финансовых услуг, в том числе в отдаленных и малодоступных территориях; на возможность получения доступа к цифровому кошельку через любую финансовую организацию, а также при ограниченном доступе к сети Интернет; на развитие новой платежной инфраструктуры. Однако, по мнению Банка России, наиболее важно, что третья форма российского рубля позволит оптимизировать стоимость расчетов. Это обеспечит снижение транзакционных издержек и поддержит конкурентоспособность российской экономики. Особую актуальность это приобретает в условиях растущей цифровизации платежных услуг и распространения цифровых национальных валют в других странах⁶.

Работа по созданию и внедрению платформы цифрового рубля проводится Банком России в течение нескольких последних лет. Так, с февраля 2022 г. в России осуществлялось пилотирование операций с цифровым рублем. Наряду с проведением указанного эксперимента, были разработаны основные программные документы, и прежде всего – Концепция цифрового рубля, которая была вынесена Банком России на общественное обсуждение. Первый вариант Концепции цифрового рубля был опубликован в форме Доклада для общественных консультаций в октябре 2020 г., а второй вариант Концепции цифрового рубля, в который были включены поправки по итогам первоначального обсуждения, был опубликован в апреле 2021 г.

В настоящее время основные идеи Концепции цифрового рубля были реализованы в проектах двух федеральных законов, внесенных в Государственную Думу 29 декабря 2022 г., которые приняты в первом чтении 16 марта 2023 г. Речь идет о проекте федерального закона № 270852-8 «О внесении изменений в части первую, вторую и третью Гражданского кодекса Российской Федерации»⁷ и о проекте федерального закона № 270838-8 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с внедрением цифрового рубля»⁸.

В результате их принятия окончательно будет сформирована правовая модель цифрового рубля.

Чем правовая модель цифрового рубля отличается от правовой модели безналичных денежных средств?

Сравнение модели расчетов цифровыми рублями с моделью традиционных безналичных расчетов является некорректным, поскольку никакой специальной «модели» безналичных расчетов не существует. Под термином «безналичные расчеты» следует понимать любые операции профессиональных финансовых посредников по получению или совершению платежей любыми безналичными имущественными активами, которые осуществляются ими по поручению клиентуры или по своей инициативе путем совершения записей по соответствующим счетам. Иными словами, безналичные расчеты – это расчеты любым дематериализованным имуществом по счетам без участия наличного имущества, и в частности без наличных денег. Цифровые рубли также не существуют в наличной форме, а цифровой кошелек – тот же банковский счет, что следует, например, из редакции п. 1 ст. 860.16 ГК РФ (в редакции Законопроекта о внесении изменений в ГК РФ). Следовательно, расчеты цифровыми рублями в широком смысле – это те же безналичные расчеты, механизм которых обладает некоторыми особенностями по сравнению с традиционным механизмом безналичных расчетов. Представляется, что данный вывод справедлив, несмотря на мнение Банка России, который именует цифровой рубль «третьей формой российской валюты», который будет использоваться наравне с наличными и безналичными рублями⁹. В указанной цитате цифровые рубли противопоставлены безналичным руб­лям, что необоснованно.

В связи с этим рассмотрим основные отличия расчетов безналичными деньгами от расчетов цифровыми рублями.

1. Правовая природа безналичных денег и цифровых рублей. Под безналичными деньгами (или безналичными денежными средствами) принято понимать кредитовые остатки различных счетов клиентуры в банках, на которые распространяется действие главы 45 ГК РФ¹⁰.

Согласно общепринятой обязательственно-правовой теории безналичных денег, безналичные денежные средства являются разновидностью обязательственного права (требования) по договору банковского счета¹¹,¹²,¹³.

Исходя из легального определения цифрового счета (кошелька) (п. 1 ст. 860.16 ГК РФ в редакции Законопроекта о внесении изменений в ГК РФ) цифровой рубль – тоже обязательственное право (требование) по договору цифрового счета (кошелька), открытого на платформе цифрового рубля.

Однако в отличие от безналичных денежных средств, которые являются обязательственными правами (требованиями) клиента к обслуживающему банку, цифровые рубли являются обязательственными правами (требованиями) банков и их клиентов к Банку России, который является оператором платформы цифрового рубля.

2. Платежная инфраструктура расчетов цифровыми рублями и традиционных безналичных расчетов. На начальных этапах становления безналичных расчетов банки, получившие от клиентов расчетные документы, обрабатывали их самостоятельно. Речь идет о деятельности по приему, сортировке платежных распоряжений клиентуры, составлению собственных платежных распоряжений и направлению их в следующий банк, проведению операций по счетам и т.п. На рассматриваемом этапе связь между банками расчетной цепочки выполняла обычная почта, и никакой платежной инфраструктуры не существовало.

В ходе дальнейшей автоматизации банковской деятельности, когда появилась возможность передавать платежную информацию по электронным каналам связи, банки начали централизовывать выполнение функций по обслуживанию платежного оборота в одной или нескольких специализированных организациях. В результате появляется то, что называется платежной инфраструктурой, то есть совокупность специализированных организаций, которые должны осуществлять сортировку, пересылку электронных сообщений о платежах от банка к банку, осуществлять неттинг межбанковских требований (платежный клиринговый центр), предоставлять банкам в пользование электронные каналы связи для межбанковского взаимодействия (операционный центр) и даже совершать расчетные операции по их корреспондентским счетам в платежной системе (расчетный центр)¹⁴.

По мнению С.Е. Дубовой, А.С. Кутузова, А.А. Валинуровой, «к внутренней инфраструктуре платежной системы целесообразно отнести все организации и сферы, имеющие непосредственное отношение к обеспечению бесперебойных расчетов между контрагентами. Так, в составе внутренней инфраструктуры должны рассматриваться операторы услуг платежной инфраструктуры; организации, осуществляющие техническое и информационное сопровождение платежей; нормативная база, определяющая правила функционирования платежной системы»¹⁵.

Например, платежной инфраструктурой СБП является Национальная система платежных карт (НСПК).

Появление платежной инфраструктуры позволило банкам сократить свои операционные издержки за счет централизации функций по обслуживанию платежного оборота, а также сосредоточиться исключительно на обслуживании собственной клиентуры. Поэтому указанная выше платежная инфраструктура, которая была предусмотрена в Законе № 161 ФЗ, работает, главным образом, на уровне межбанковских расчетов, клиенты к ней не подключены. В этом случае банки должны взаимодействовать с платежной инфраструктурой только по электронным каналам связи. В свою очередь, клиенты могут взаимодействовать с банками с использованием любых средств связи и представлять расчетные документы как в электронной форме, так и по старинке, т.е. на бумажных носителях. В рассматриваемом случае отражение расчетных операций по-прежнему осуществляется банками по банковским счетам клиентуры, а расчеты между плательщиком и получателем средств осуществляются с использованием прав (требований) клиентов к банкам. В этом случае допустим вывод, что речь идет о традиционных безналичных расчетах, несмотря на усложнение механизма межбанковских расчетов и появление специализированных организаций платежной инфраструктуры.

Следующим этапом в развитии платежной инфраструктуры может стать этап включения клиентов в состав платежной инфраструктуры – т.е. подключение их к платформе цифрового рубля, расчеты на которой будут осуществляться не правами (требованиями) клиентов к обычным банкам, а правами (требованиями) к Банку России.

Из Концепции Банка России 2021 г. следует, что для реализации в России идеи создания и внедрения цифрового рубля в гражданский оборот предполагается использовать розничную двухуровневую модель с ролью финансовых организаций как участников расчетов (модель D).

Поскольку модель D обозначена Банком России как двухуровневая, допустимо выделить следующие два уровня взаимодействия между всеми указанными выше субъектами на платформе цифрового рубля. Предположим, что первый уровень должен занимать сам Банк России, который является оператором платформы цифрового рубля. Соответственно, второй уровень должны занимать участники платформы цифрового рубля (банки), а также пользователи платформы цифрового рубля (клиенты банков), которые во взаимодействии с участниками платформы цифрового рубля совершают все необходимые договоры с оператором платформы цифрового рубля – Банком России.

В Законопроекте об изменении ряда федеральных законов указано, что платформа цифрового рубля – информационная система, посредством которой в соответствии с правилами платформы цифрового рубля взаимодействуют оператор платформы цифрового рубля, участники платформы цифрового рубля и пользователи платформы цифрового рубля в целях совершения операций с цифровыми рублями (п. 38 ст. 3 Закона № 161-ФЗ в редакции Законопроекта об изменении ряда федеральных законов, ст. 8).

Являясь оператором платформы цифрового рубля, Банк России обязан обеспечить в соответствии с правилами платформы цифрового рубля:

1) открытие цифровых счетов (кошельков) участникам платформы цифрового рубля, пользователям платформы цифрового рубля;

2) доступ к платформе цифрового рубля и цифровым счетам (кошелькам) участникам платформы цифрового рубля, доступ к цифровым счетам (кошелькам) пользователям платформы цифрового рубля, а также возможность восстановления указанного доступа при его утрате или приостановлении, произошедших по вине оператора платформы цифрового рубля;

3) учет информации об осуществленных операциях по цифровым счетам (кошелькам);

4) управление рисками и непрерывностью функционирования платформы цифрового рубля (обеспечение бесперебойности функционирования платформы цифрового рубля).

Интересно, что модель D предусматривает механизм расчетов, при котором пользователи платформы цифрового рубля будут управлять своими кошельками через кредитные организации, в которых у них открыты банковские счета или имеются остатки электронных денежных средств (счета ОЭДС). Однако в законопроектах предусматривается, что такие кредитные организации должны просто передавать распоряжения своих клиентов платформе цифрового рубля, т.е. авизовать их в тех случаях, когда расчетные операции осуществляются, минуя цифровые кошельки самих кредитных организаций.

Отсюда следует, что независимо от установленного в ст. 30.8 Закона № 161-ФЗ (в редакции Законопроекта об изменении ряда федеральных законов) непрямого порядка взаимодействия оператора платформы цифрового рубля и пользователя платформы цифрового рубля (через обслуживающие банки) по поводу открытия и доступа к цифровому счету (кошельку), владельцем такого цифрового счета становится непосредственно сам пользователь платформы (т.е. клиент банка). Его банк просто помогает открывать ему счет на этой платформе. Такой же вывод следует из редакции п. 1 ст. 860.16 ГК РФ (в редакции Законопроекта о внесении изменений в ГК РФ), где сторонами договора цифрового счета (кошелька) названы оператор платформы цифрового рубля (с одной стороны) и участник платформы цифрового рубля, пользователь платформы цифрового рубля (с другой стороны).

Таким образом, в отличие от традиционной платежной инфраструктуры, которая связывает только банки, по-прежнему занимающиеся обслуживанием собственной клиентуры (безналичные расчеты), платформа цифрового рубля связывает Банк России не только с банками, но и с банковской клиентурой (расчеты цифровыми рублями).

Как указано в Концепции цифрового рубля 2020 г., «платежная инфраструктура для цифрового рубля будет выстраиваться в дополнение к действующей платежной инфраструктуре»¹⁶.

Следовательно, платформа цифрового рубля – это новая платежная инфраструктура безналичных расчетов, предназначенная для процессинга платежных распоряжений как участников, так и пользователей платформы цифрового рубля. Расчеты на платформе цифрового рубля осуществляются не правами (требованиями) клиентов к банкам (безналичные деньги), а правами (требованиями) клиентов (и банков) к Банку России (цифровой рубль), учет которых осуществляется посредством цифровых кошельков на самой платформе. В отличие от традиционных безналичных расчетов клиенты не могут использовать распоряжения на перевод денежных средств на бумажных носителях, а взаимодействие с платформой цифрового рубля должно осуществляться только через платежные приложения соответствующего банка – участника платформы цифрового рубля.

Какие основные преимущества и возможные недостатки цифрового рубля?

Ответ на этот вопрос необходимо начать с одной известной истины о том, что внедрение любых технических инноваций, а также новых финансовых технологий в области безналичных расчетов, которые существенно облегчают нашу жизнь, всегда имеют два последствия: «плюс» – удобство, «минус» – безопасность.

История доказывает, что любое техническое решение может использоваться по-разному: как во благо, так и во вред человечеству. Разумеется, на этапе внедрения цифрового рубля достаточно затруднительно точно проанализировать все достоинства и недостатки этой инновации. Поэтому предлагаю использовать общеизвестные данные.

Так, основные преимущества цифрового рубля подробно описаны Банком России в Концепции цифрового рубля.

Так, из Концепции 2020 г. следует, что «цифровой рубль должен иметь следующие свойства:

• простота использования, поддержка типовых платежных сценариев, например, таких как перевод получателю по номеру его мобильного телефона;

• высокая скорость выполнения операций; например, оплата цифровым рублем в торгово-сервисных предприятиях (ТСП) не должна занимать больше времени, чем платежными картами или через сервисы мгновенных платежей;

• надежность, успешное выполнение всех операций с вероятностью сбоя близкой к нулю;

• издержки плательщика при совершении операций с цифровым рублем должны быть не выше, чем при использовании платежных карт и других инструментов розничных платежей;

• повсеместность приема, как у наличных денег;

• безопасность хранения средств на электронном кошельке, уверенность потребителя в низком риске потери средств вследствие взлома или мошенничества, как в случае с платежными картами, защита прав держателей которых закреплена в законодательстве России и многих других стран;

• удобство и легкость конверсии цифрового рубля в наличные и средства на счетах в банках […].

Будучи высокотехнологичным платежным инструментом, цифровой рубль также может предоставить новые возможности, в том числе:

• конфиденциальность информации о потребителе. Данные о транзакциях с цифровым рублем будут содержать более ограниченную информацию о назначении платежа и его получателе, чем существующие платежные системы, что снижает риски использования персональной информации о предпочтениях потребителя, например, предприятиями ТСП для продвижения товаров и услуг, а также снижает риски разглашения конфиденциальной информации, например, при кибератаках на ТСП. При этом данные о транзакциях будут доступны центральному банку и финансовым посредникам, осуществляющим функции ПОД/ФТ/ФРОМУ в интересах общества;

• бесшовная интеграция с цифровыми платформами. Свободная конвертация цифрового рубля в безналичные деньги и обратно (с учетом установленных ограничений) позволяет организовать проведение расчетов по сделкам с цифровыми финансовыми активами и обеспечить их бесшовное встраивание в общую систему безналичных платежей и переводов […];

• круглосуточный доступ на единых условиях. В отличие от платежных карт и других инструментов безналичных платежей, которые предоставляются коммерческими организациями на устанавливаемых ими условиях, цифровой рубль как «общественное благо» будет предоставляться государством (центральным банком) на единых условиях и может быть доступен в режиме 24/7 на всей территории страны как в приложении банка (финансового посредника), предоставляющего пользователю доступ к электронному кошельку на платформе цифрового рубля, так и в иных приложениях, имеющих соединение с платформой цифрового рубля;

• возможность использования в офлайн-режиме. Для цифрового рубля должен быть предусмотрен офлайн-режим, в котором пользователь сможет совершать основные виды операций, такие как перевод средств другому пользователю или оплата покупки в магазине без доступа к сети Интернет. Для обеспечения возможности использования цифрового рубля в офлайн-режиме необходима разработка специальных технологий […].

Цифровой рубль, обладающий всеми перечисленными свойствами, будет удовлетворять потребности граждан и предприятий в денежных расчетах, а также открывать новые возможности денежных расчетов с использованием цифровых технологий, таким образом способствуя развитию новой цифровой экономики¹⁷.

На некоторые недостатки цифрового рубля обратили внимание сами банки, принимавшие участие в обсуждении Концепции Банка России.

1) банки указали на возможные риски перетока клиентских средств со счетов кредитных организаций на кошельки в цифровых рублях и, как результат, на снижение ликвидности банковского сектора, а также необходимость учета данного фактора при реализации денежно-кредитной политики¹⁸;

2) банки обратили внимание на вероятность возникновения новых рисков, в частности:

– возможность доступа к одному кошельку через различные финансовые организации, обладающие разным уровнем систем кибербезопасности;

– отсутствие непосредственного контроля офлайн-платежей снижает возможности выявления и предотвращения мошеннических платежей;

– внедрение новой технологии может спровоцировать появление новых видов вредоносных программных продуктов и хакерских атак.

– актуальными остаются риски мошеннических действий с использованием методов социальной инженерии¹⁹.

Иногда в Интернете появляется контент, из которого следует, что внедрение цифрового рубля приведет к полной потере конфиденциальности в частной жизни граждан с учетом того цифрового следа, который оставляет каждая транзакция с цифровым рублем²⁰.

Представляется, что взвешенный подход в процессе внедрения цифрового рубля позволит устранить большую часть возможных недостатков, и воспользоваться пре­имуществами этого нового финансового инструмента.

Цифровой рубль – это цифровая валюта центрального банка, известная под аббревиатурой CBDC?

По способу регулирования цифровые валюты обычно подразделяют на регулируемые цифровые валюты центральных (национальных) банков и виртуальную валюту. Аббревиатура CBDC означает Central Bank Digital Currency (цифровая валюта центрального банка). Это регулируемая цифровая валюта, которая представляет собой цифровую валюту, регулируемую центральным (национальным) банком соответствующего государства²¹. Другими словами, цифровая валюта центрального банка (CBDC) – это цифровая форма официальной, то есть фиатной, валюты любого государства.

Из Концепции цифрового рубля, изданной Банком России в октябре 2020 г., следует, что «цифровой рубль будет представлять собой цифровую форму национальной валюты и обладать всеми необходимыми свойствами для выполнения функций денег. Эмиссию цифрового рубля будет осуществлять Банк России. Цифровой рубль станет дополнительной формой денег, обращаясь наряду с наличными и безналичными рублями. При этом будет обеспечена бесшовность платежного пространства в России и простота конвертации.»²²
Отсюда следует, что цифровой рубль может быть назван Central Bank Digital Currency (CBDC), поскольку обладает всеми необходимыми признаками цифровой валюты центрального банка: эмитируется Банком России, является цифровой разновидностью национальной валюты России, выпущенной в цифровой форме, и является законным средством платежа.

Депутат Аксаков в одном из выступлений в 2023 г. упомянул, что существует возможность создания системы международных расчетов с использованием ЦФА. Какие преимущества и недостатки у данной модели в сравнении с традиционными расчетами в государственной валюте?

В статье «Аксаков подтвердил создание в России стейблкоина для экспортных расчетов», опубликованной в газете «Коммерсант» за 25 января 2023 г.,²³ указано на возможность осуществлять международные расчеты стейблкоинами, выпущенными под обеспечение аффинажных заводов. Эта идея, по словам автора публикации, принадлежит председателю Комитета Государственной Думы по финансовому рынку Аксакову А.Г.

Как известно, стейблкоины (от англ. stablecoin) – это общее название криптовалют, обменный курс которых можно стабилизировать, например, привязывая его котировки к обычным валютам или биржевым товарам (золото, нефть)²⁴. Таким образом, стейблкоины – это разновидность криптовалют, то есть цифровых валют, не являющихся денежной единицей Российской Федерации (далее – частная цифровая валюта).

В соответствии с ч. 2 ст. 1 Федерального закона от 31 июля 2020 г. № 259-ФЗ «О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»²⁵ частная цифровая валюта не относится к категории цифровых финансовых активов, а является самостоятельным объектом регулирования.

Цифровыми финансовыми активами (далее – ЦФА) признаются цифровые права, включающие денежные требования, возможность осуществления прав по эмиссионным ценным бумагам, права участия в капитале непубличного акционерного общества, право требовать передачи эмиссионных ценных бумаг, которые предусмотрены решением о выпуске цифровых финансовых активов в порядке, установленном названным Федеральным законом, выпуск, учет и обращение которых возможны только путем внесения (изменения) записей в информационную систему на основе распределенного реестра, а также в иные информационные системы.

Таким образом, ЦФА – это виртуальные ценные бумаги и некоторые виды производных финансовых инструментов.

В соответствии с ч. 5 ст. 14 Закона № 259-ФЗ оборот частной цифровой валюты ограничен. Так, некоторым категориям юридических и физических лиц, которые являются резидентами Российской Федерации, запрещено принимать цифровую валюту в качестве встречного предоставления за передаваемые ими (им) товары, выполняемые ими (им) работы, оказываемые ими (им) услуги или иного способа, позволяющего предполагать оплату цифровой валютой товаров (работ, услуг). Отсюда следует, что для того, чтобы организовать расчеты в стейбкоинах, в которых участвуют юридические лица российского права, необходимо вначале снять ограничения на использование частной цифровой валюты в расчетах, в том числе в международных расчетах. Одновременно необходимо включить частную цифровую валюту в категорию «цифровые финансовые активы». В случае отмены ограничений, предусмотренных ч. 5 ст. 14 Закона № 259-ФЗ, отпадут основания для выделения частной цифровой валюты в отдельную группу объектов правового регулирования, так как тогда правовой режим ЦФА и частной цифровой валюты будет практически одинаковым.

Вместе с тем понятно стремление некоторых специалистов организовать расчеты в международной торговле в стейбкоинах с учетом того, что относительная анонимность таких расчетов позволит российским поставщикам и покупателям обходить экономические санкции, примененные недружественными странами.

Ссылка для цитирования статьи:

Ефимова Л.Г. Интервью // Цивилист. 2023. № 2. С. 5–14.


Cтатья поступила в редакцию 12.04.2023, принята к публикации 15.04.2023.